Hear the word of the Lard ...

... этими словами Реймонд Уоттс, старинный приятель и соратник Имаи Хисаши и Сакураи Атсуши по творческим исканиям начала 2000-х,  начал свое сообщение о выходе нового диска «Госпел»!
Вчера в инстаграмме он запостил свое фото с таким комментом:

«Услышьте слово Cалово ... Евангелие от «PIG»  сегодня увидело свет. Нарезка из одиннадцати кусков отменной свинины от Властелина Сала и его Апостолов Разрушения.  Евангелие ... Демонический порок по божеской цене.»

Не знаю, буду ли я слушать эту музыку в ближайшее время, но я рада, что Реймонд работает и выпускает новые диски, а значит творческий процесс не останавливается
Успехов Повелителю Сала!

****
Кому интересно, тот может зайти на сайт Повелителя: pigindustries.com

Погружение в Море Луны

Продолжая разговор о Королях и тех, кто их окружает, вспомнила, что я, практически, ничего не знаю о «Luna Sea», которые выступали в прошлогоднем Параде у ВТ.  

Я уже как-то упоминала, что заинтересоваться Инораном и его сольной деятельностью меня, скорее всего, подтолкнула та «протекция», которую ему составил, уже поддатый после каких-то совместных празднований, г-н Хошино, снявшись с ним на фото в обнимку с такими же подвыпившыми собратьями по творческому процессу.
 

На тот момент «Luna Sea» у меня никаких особых эмоций и заинтересованностей не вызывала.

Я решила исправляться и это первый их live, который я прослушала полностью, что называется, «от и до». И, в общем, мне многое понравилось. Понравилось как они «ведут» свою публику, как держат постоянно ее «на прицеле», постоянно ведя вербальный диалог со зрителем. Нравится как они все держатся на сцене, как эта сцена оформлена визуальными эффектами, позволяющими создать дополнительный накал в зале.
 

Конечно же, это - не ВТ. Думаю, что тут нечего сравнивать, этого и не стоит делать, хотя признаюсь честно, тянуло все время на сравнения. Здесь царит другой мир, здесь все существует в другой плоскости, тут другая эстетика, другие акценты. И в этом их невероятное очарование и привлекательность!  

Первое и что сразу бросается в глаза так это то, что «первая скрипка» у них не Рю Кавамура, а артистичный, эмоциональный и очень пластичный Сугизо, который своими потрясающими жестами священнодействует на сцене и в зале. 

Опять же не могу не могу удержаться и сопоставить модель ВТ, где все заверчено вокруг Сокураи, его вокала, внешности, сильного эротического подтекста.

Иссей Великолепный

Потрясающий Иссей в потрясающей пантомиме.  

В аннотации написано, что это отрывок из "NMP's 2007 production of Lou Reed's Berlin". Я так и не выяснила что за NMP, но мне было очень интересно  читать о "Берлине", третьем сольном студийном альбоме Лу Рида,  в Википедии. 

В свое время (1973 году) альбом вызвал волну противоречивых мнений, а ханжеская американская критика, вообще, разразилась разгромными рецензиями:

"Альбом Лу Рида это просто кошмар, погружающий слушателя в искривлённый мир паранойи, шизофрении, деградации, наркотического насилия и суицида. Некоторые песни оскорбительны настолько, что хочется как-то отомстить их исполнителю физически. Единственным извинением Риду за подобное действо может служить то, что это был финальный аккорд некогда многообещающей карьеры. Прощай, Лу"

(Цитата из Википедии)

Интересно, а что бы они написали, увидев вариант 2007 года, созданный японцами?

*****************
Пост восстановлен. Впервые создан и опубликован 08.10.12

How do you do Mr. Watts?

Если бы не случайный ре-твит, который я обнаружила в списке читаемых твитов, я бы не вспомнила о существовании Реймонда Уоттса.  Мне стало интересно, чем сейчас занимается собрат Атсуши Сакураи и Хисаши Имаи по творческим поискам начала 2000-х. А там была информация о том, что 08 декабря 2012 года был выпущен диск с саундтреком к к/фильму «Plato's Reality Machine». Автор твита настоятельно рекомендовал посетить страничку сайта, на котором были выложены все треки и указано, что все песни написаны и исполнены Уоттсом, за исключением «Flake Fall» и «One Flake», которые были написаны Майком Уоттсом (Mike Watts), Джоном Гослингом (John Gosling) и самим Реймондом. Записано и микшировано в 2012 г. Реймондом Уоттсом на Ранчо Апокалипсис (Ranch Apocalypse), Лондон и ферме Вудхауз, Западном Сассексе (Woodhouse Farm, West Sussex). Ну, я решила, все-таки послушать...

Будучи абсолютно далекой от той музыки, которую исполняет г-н Уоттс («electronic», «aggro», «ambient electronic dance» и т.д.), я, к своему удивлению, с удовольствием прослушала все треки раза четыре подряд...

В общем, я пошла рыться в интернете…

В середине 80-х, Реймонд сбежал от самодовольной английской музыкальной тусовки, чтобы в Гамбурге вместе с  Саша Конецко (Sascha Konietzko) основать легендарную группу «KMFDM», исполнявшую индустриальную музыку. После падения Берлинской стены, жизнь Уоттса, увлеченного своим сольным проектом «PIG», происходила между Токио и Лондоном.  Затем, он вернулся в KMFDM, приняв  участие в создании «Nihil», их самого успешного альбома за все время существования группы, и в котором центральное место занимает написанный, именно, Уоттсом хит «Juke Joint Jezebel*».  

 

 Raymond Watts (RW) в 80-х

В 2000-х, RW и солист KMFDM Саша Конецко (Sascha Konietzko) объединились с японскими музыкантами Сакураи Атсуши и Имаи Хисаши, для создания интернациональной супер-группы «Schwein»**. В этом составе они выпустили 2 альбома «Schweinstein» и «Son of Schweinstein». При этом последний был ремиксом первого. Летом того же 2001 года «Schwein» отправились с туром по Японии. Однако гастроли проходили без Конецко, который сослался на нездоровье и желание сконцентрироваться на работе в «KMFDM».

Что касается Сакураи и Имаи, то этот проект был не первым их опытом сотрудничества с RW.

 

 

С одной стороны - Имаи и Сакураи участвовали в записи альбомов «PIG», а RW создал ремикс «Thanatos - the japanic pig mix» для сингла Buck-Tick «Sasayaki», также Реймонд был участником проекта Имаи и Маки Фуджи «SCHAFT», открывал для «Buck-Tick» выступления тура «Energy Void Tour» в 1999 году…

Затем Реймонд вернулся на Британские острова и продолжал сольную карьеру. В последние годы он особенно много работал как композитор, именно он создал музыку для нескольких модных показов Александра МакКуина (Alexander McQueen), включая его шоу «Plato’s Atlantis». Самая недавняя его работа –  саундтрек к/фильму «Plato's Reality Machine».

Судя по фотографии внизу, Сакураи время от времени видятся со своими бывшими соратниками. Как мне подсказали, на фото "Сакураи с Брайаном Блэком, который участвовал в туре Швайн..."  Ну, а о том, что сделали Имаи и Сакураи за эти годы вы все всё знаете…

Использованные источники информации и фото:

http://raymondpigwatts.bandcamp.com/track/delusion
https://twitter.com/raymondwatts
http://theswining.com/
www.tumblr.com

************

*"Juke-Joint Jezebel"- "Juke joint" -  в англ. сленге - бар, таверна, придорожное кафе или закусочная с игральными музыкальными автоматами или живой музыкой, в основном, блюзовыми лабухами;  "Jezebel" - означает безнравственную, неразборчивую в связях женщину, а проще - шлюху, потаскуху. Ну, а в результате, получается такой емкий образ провинциальных потаскушек, шатающуюся по придорожным закусочным и дешевым барам.
** В Википедии так и написано - "супер-группа".

Интересно было почитать что пишут о заключительных концертах люди извне. У Генета был довольно обширный пост по поводу того, как он собрался на концерт и выбирал цветы для Аччана. Ну, понятно, что читать через Гугл радости мало, но хоть что-то. Правда, вчера появилась коротенькая цитата из этого поста у Кейси Поллар:

"Для таких заморышей, как мы, играющих альтернативный рок, это не так и  легко выставить такую большую букетную композицию рядом со всеми "упакованными" ведущими группами . Как правило, мы можем это сделать только раз в год! Если бы не Твиттер, то я никогда бы не узнал, что у Аччана был день рождения, Ани никогда мне об этом не говорил..."**

Конечно, Генет, явно, лукавил, но пост у него получился забавный и с хорошим юмором, который я поняла, 

даже, через Гугл...























** Перевод с английского: © Tetania, Kyiv, Ukraine

Fallen Angels

Кейси Поллар - одна из тех счастливчиков, которым удалось присутствовать и видеть все юбилейное шоу в честь Толла от начала до конца! У меня голова кружится только от одной мысли, что какая невероятная концентрация талантов была в тот день на одном квадратном метре!! Возможно, я как-то наберусь нахальства и переведу эту часть отчета Кейси, которая с такой страстью и с таким невероятным вкусом и тактом рассказала о перфомансе, устроенном Сакураи и Иссем!..

Пока все оставляю на языке оригинала. Фото взяты здесь

 

~This is NOT Greatest Site presents~

«At last, as the tension mounted, Sakurai slithered out of the darkness of the wings, into the hot glare of the lights.  Attired in an expertly tailored knee-length black coat, his rough black hair slicked back to emphasize the strong bones of his face and his hooded eyelids shadowed in silver, he stole quietly across the stage, paying no heed to the cheers of the crowd pounding in his ears, his body swaying slightly with the music, more graceful and sensual than a male ballerina.  As their vocal cue approached, so Sakurai approached Issay, greeting him with a kiss on the hand.  It was a mere feather brush of the lips, yet in the eyes of the crowd, the momentous meeting between the two men seemed to sparkle with electricity. Back-to-back, they stood pressed against one another, Sakurai facing shyly away from the audience, cradling the microphone protectively in his lily-white hands, soft and narrow and almost feminine.  As he listened to Issay sing, he shivered with a frisson of anticipation that he was powerless to suppress.  He continued to sway with the beat as Issay sang the first verse to the song, listening carefully, allowing the older man’s voice to fill him as with a river of molten chocolate, sweet yet bitter, thick and overpowering.  This was only the beginning.

Soon it was time for the second verse, and now it was Sakurai’s turn to sing, to raise his voice, to confess himself.  Switching positions, they circled each other, hardly daring to blink as they stared raptly at one another, each startled by the chemistry that still simmered just beneath the surface of the other’s steady black gaze, even after all these years.

 They weren’t getting any younger, yet the dynamic between them had not aged a day.  Now Sakurai was in the front, facing outward, singing to this hall full of fans who hung on his every word with bated breath, while Issay stood behind him, facing the back wall, waiting, waiting, waiting for his moment.  As the verse ended, they broke apart, only to come back together again side by side, harmonizing on the chorus, their voices so alike, blending into a seamless tapestry of musical ecstasy, an anthem of passion and ennui.  This was their hymn to the hollowed husks of the fallen angels they felt they had become—once young, now slowly crumbling, yet still beautiful in their delicate submission to the rough caresses of   passing time.  It had been twenty years since they had last done this, last performed this song together like this, and the sharpness of the nostalgia tore away their masks and disguises, cut them like shards of broken glass, like the scraping of long fingernails against smooth brown skin.  Issay had sung this song so many times by himself over the years, but only when filled with the breath of Sakurai’s rich baritone harmonies could it ever truly reach the full pinnacle of its fulfillment.  This, this was how it was meant to be.

As the first chorus ended, they circled again—still dancing their courtship dance, that which presaged their transgression.  During the break, they approached each other only slowly, circling, circling, until Sakurai’s arms encircled Issay from behind, his hand reaching beneath the rich red velvet of Issay’s coat to caress the warm body beneath from navel to thighs, keeping the coat closed, so the caresses would be hidden from the rabid, hungry eyes of the women in the audience, yet the twitching movements of the coat betrayed all.  Issay leaned his head back on Sakurai’s shoulder, pushing in closer to his caresses, moving closer still as Sakurai wrapped him in both his arms, still hiding beneath the modesty of the coat, velvet soft as fur and red as the pomegranate of temptation.  Issay was the elder of the two, but Sakurai was the taller, and with Issay standing in front of Sakurai, they made a consummate tableau, standing there with half-closed eyes.  The pale white spotlights glowed on Sakurai’s devilish grin as he rubbed his hips against Issay’s slim body from behind in a lustful rhythm, Hikaru’s luminous guitar solo going all but ignored as the eyes of the girls stayed transfixed on the entwined pair in the center of the stage.

They broke apart to sing the second verse, then drew back together for the final chorus, arms around one another’s shoulders.  And then at last, the vocals were finished with, and all that remained was for them to continue this public pantomime of their love, drawing together, then away, then together again for swift kisses on cheeks and lips, sharp yet gentle—were they simulated or were they real?  And then Issay let himself go, falling backwards onto the support of Sakurai’s right arm, swooning as Sakurai held him in a diagonal embrace, right hand cupping the back of Issay’s neck protectively, possessively, tipping Issay’s head back to expose his narrow throat, left hand smoothing back stray black ringlets from Issay’s sweat-soaked face, the better to admire the beauty of his dark, seductive gaze, as he stared upward at Sakurai with an expression of wanton longing.  As Sakurai bent his head towards Issay’s neck, the naturalness of the gesture only further betrayed the realness of their animal alchemy.  But this could not be all.  As Sakurai lifted Issay to his feet once more, Issay put his hands on Sakurai’s shoulders in a wordless signal.  Sakurai knew instantly what was expected of him.  He knelt down at Issay’s feet, in reverent submission to the older man who had mentored and inspired him, and now sought to possess him.  An expression of solemn worship bloomed across Sakurai’s face, and he clasped his hands behind his back as Issay drew him close against his body, hiding him once more within the soft, shifting folds of his crimson coat, gyrating his hips against Sakurai’s face, hands in Sakurai’s shining hair, now exquisitely disheveled.  “Worship me,” he seemed to say.  “You are my child and my disciple.”

But alas, the song was almost finished, the music almost spent, and so, too, the climax of their breathless, sultry dream had rushed over them and past them, leaving nothing behind but this slow, lingering end.  Gently, Issay drew Sakurai to his feet once more, drawing his head forward, offering a light farewell kiss to Sakurai’s soft, full lips.  They kissed twice more, and then they parted, pulling apart slowly, in agony with the separation, Sakurai’s hand extended toward Issay in one last appeal, one last sighing adieu.  One step after another, Sakurai drew backward, back offstage the way he had come.  As the last notes of the song died, Issay was left abandoned in the middle of the stage, victim of his own love, bathed in the frigid cascades of the spotlight overhead.  And as Sakurai’s outstretched hand vanished into the blackness behind the curtain, Issay’s hand dropped, marionette strings cut, to hang limply where it had fallen, a clown betrayed in a Masquerade that had now come to its sweet sorrowful close, sundering them even until the ending of the show.

THE END.

P.S.  All that stuff really did happen in the show, I didn’t make any of it up, ask someone else who was there, they’ll corroborate.  Also, if I get wind that this has inspired any gross fangirling in public, this thing is coming down and it's not coming back up.»

Нежный вампир

«Холоден ветер в открытом окне...
Длинные тени лежат на столе.
Я - таинственный гость в серебристом плаще,
И ты знаешь, зачем я явился к тебе!
Дать тебе  силу,                                           
Дать тебе власть,
Целовать тебя в шею,
Целовать тебя всласть!
Как нежный вампир,
Нежный вампир,
Как невинный ребенок, Как нежный вампир...»
 



Именно эти строчки из песни «Nautilus Pompilius», были первым, что мне пришло в голову, когда я увидела этот снимок с юбилейного концерта Толла.